ermolaeva_o (ermolaeva_o) wrote,
ermolaeva_o
ermolaeva_o

Categories:
  • Location:
  • Mood:

"Наше общее детство прошло на одних букварях" (с)

Мое детство прошло на том, что справа - 1982-го года издания. У тех, кто пошел в школу раньше, в ходу был "Букварь" 1978 года. Оказывается,"обложка букваря для миллионов первоклассников может из года в год украшаться картинкой, смысл которой близок к известному изображению на электрических столбах - череп и скрещенные кости: «Опасно!», «Не влезай — убьет!»".  О том, какие еще "страшные символы эпохи" присутствуют на этих обложках, - статья М. В. Осориной "Идеологическое лицо книги: психологический анализ обложек советского "Букваря" и "Азбуки" Бенуа". Привожу отрывки.
  
«Начнем наш систематический разбор с фигуры мальчика. Первое, что сразу бросается в глаза: голова мальчика — это единственная часть его тела, которая полностью видна, ничем не загорожена. То есть только голове мальчика позволено в полной мере существовать. …Руки полностью, от плеч, загорожены, так же как и грудь, с двух сторон. Тела ниже пояса не видно, ноги закрыты столом и заблоки¬рованы сидящим на них Мурзилкой. Печальный итог — действительно, мальчику в данной ситуации оставлена свободной только его большая голова - символ разума, который позволено иметь ученику.
Рассматриваем голову: волосы волнистые, но аккуратно подстриженные и причесанные, с пробором. Волнистость, кудреватость, растрепанность во¬лос персонажа — все это разные степени внешних форм, в которых прояв¬ляется активность эмоциональной жизни личности, ее покорность или про¬тиводействие организующему причесыванию, культурно-символическое оформление его психической спонтанности (вспомним дико бесчинство¬вавшего Степку-Растрепку или склонного к нарушению школьных правил Гарри Поттера с его вечно торчащими в стороны черными волосами). В этом плане наш первоклассник очень организован — имеет прическу но форме и аккуратно одет в однотонную (как было положено!) рубашку, застегнутую доверху на все пуговицы, и в такой же форменный пиджачок.
В лице мальчика все на месте: глаза, брови, нос, рот, уши'. Но обращает на себя внимание его взгляд, направленный в пространство мимо Буратино, и никому не адресованная полуулыбка с закрытым ртом (в отличие от радостно скалящих зубы Буратино с Карандашом, глядящих друг на друга),
Руки человека (их величина, «проявленность», активность действий) всегда являются символом его дееспособности. Руки нашего мальчика упрятаны под парту и но локоть перекрыты снизу ее крышкой, их верхняя часть, от плеча полностью заблокирована фигурами Буратино и Карандаша, которые заняли и всю рабочую поверхность парты. Кроме того, мы обнаруживаем полное отсутствие какого-либо намека на существование учебных принадлежностей — ручки, тетради, портфеля. Бедный мальчик тотально лишен всякой дееспособности. Главная характеристика верхней, социализированной части мальчика — это то, что он одет по форме, а все, что ниже пояса, зона интимной физиологии, полностью перечеркнута и перекрыта партой как ненужная, незначимая.
Ноги человека обычно трактуются как воплощение идеи самостоятель¬ности, способности самому держаться на ногах, ходить по дорогам жиз¬ни. Обратим внимание, что ноги мальчика стоят на проножке парты, на узкой искусственной жердочке той конструкции, в которую его засади¬ли. У него нет своей почвы под ногами. Тяжелой гирей сверху сидит Мурзилка.
Рассматривая характер взаимоотношений мальчика с другими героями, мы обнаруживаем, что все они воздействуют на него ограничивающе: парта его задвинула, надпись «Букварь» прихлопнула сверху, Мурзилка его обезножил, Буратино и Карандаш его обезручили, загородили, заняли его рабочее пространство. Даже в зоне головы мальчика происходят опасные для него события: длинный острый деревянный нос Буратино нацелился ему в глаз, а схожий нос Карандаша — в его ухо.  
Теперь поговорим о трех персонажах, которых обычно зрители склонны объединять в одну команду, поскольку они имеют сходное происхождение (герои детских книг), размеры фигур, их местоположение и функции в рамках данного сюжета. В нашей ситуации они радостно вышли на передний план — на сцену жизни, объединены общим приподнятым настроением и характером активности: они держат в руках учебные пособия - карточки с буквами. Взобрались повыше и взяли на себя функции учителей. Надо сказать, что на страницах рассматриваемого «Букваря» они являются сквозными героями — появляются почти на каждом развороте и исполняют роль учителей, показывая, что нужно делать в заданиях, адресованных первокласснику-читателю. Правда, внутри книги Карандаш сменился Незнайкой. В последующих изданиях «Букваря» в течение 80-х годов этот набор персонажей продолжал сохраняться, и на обложках тоже присутствовал уже Незнайка.

Спрашивается: а почему они? А также интересно: как они понимают и исполняют роль учителей?
Внешне-формальной причиной появления этих героев, видимо, была идея того, что все трое — книжные персонажи, знакомые ребенку и олицетворязие преемственность между дошкольными игровыми интересами и началом школьной жизни. Однако, приглядевшись внимательно обнаружим за этим рациональным фасадом другой содержательный слой, относящийся уже к психологическим интерпретациям темы учителей, данным художником — автором рисунка..
Художник нарисовал их так, чтобы было видно, что свою роль учителей они получили как позицию более высокую, чем им положено по их жизненному личностному статусу, при которой они могут себе позволить:
• полностью блокировать самостоятельность и деятельность ученика («дер-жи и не пущай»);
• не обращать на него при этом никакого внимания;
• радостно разворачивать свою собственную, неадекватную ситуации актин-ность (показывают буквы кому угодно, но не мальчику);
• гордиться полученными возможностями.
Кто учителя на картинке? — буратины и незнайки. Не просто темные люди, а с абсолютно подмоченной репутацией: совсем не хотели учиться, несмотря на уговоры окружающих. Буратино продал азбуку, купленную ему папой Карло. Незнайку пример умного Знайки тоже никогда не вдохновлял. Теперь же они в «Букварях» 80-х годов — главные учителя подрастающего поколения. Мурзилка вообще не имеет человеческой природы и, возможно, поэтому, старается держаться более скромно, чем его товарищи, и просто радуется жизни на страницах учебника. 
Мы рассмотрели всех живых и действующих персонажей картинки И теперь можем перейти к неодушевленному герою — парте. Это деревянная, крепкая, угловатая, внутренне связанная (проножка) конструкция, изображенная в перспективных сокраще-ниях. Главная психологическая функция парты как героя в анализируемой ситуации состоит в том, что она является ловушкой для мальчика, но опорой и сценой, возвышающей тех, кто исполняет роли учителей. Персонажи, разместившиеся за партой и на парте, парят вместе с ней в светлом овале абстрактного голубого пространства, являющегося для них условным фоном. Художник говорит о существовании школьной системы, никак не пытаясь «заземлить» ее или показать ее место в структуре социального мира, что, например, склонны делать американские иллюстраторы учебников.
Последний герой — слово «Букварь», как арочная крыша, прикрыло сверху всю компанию, объединяя и не выпуская персонажей из-под своего Крыла.
Что же сообщает ребенку об учении в школе эта картинка?
Что школа — это жесткая система, в которой нужно делать хорошую мину при плохой игре. Оттуда не вырваться, учителя— оптимистичные дураки, главная задача которых — сковывать дееспособность и самостоятельность учеников, а зачем все это нужно — непонятно. Ребенок, на благо которого школьная система должна функционировать, оказывается ее ущемленным в правах пленником.
Спрашивается: художник был диссидентом и специально заложил ми¬ну н содержание обложки «Букваря»? Или это получилось само собой? На 99% кажется правильным второй вариант. С такой наивной искренностью сказать то, что было сказано, в рамках столь ответственного задания, как обложка букваря для первоклассников всех школ СССР, можно было только ненарочно — вырвалось бессознательно. (Отчасти это подтверждает характер редакторской правки картинки на обложках последующих изданий «Букваря».)
Неприятную психологическую суть обложки «Букваря» дети чуют сердцем... Учительницы начала 80-х говорили о нежелании детей рассматривать знакомую нам обложку. Дети часто переворачивали учебник лицом вниз или заворачивали его в непрозрачную бумагу.
Прошло несколько лет. Времена стали меняться. Рассмотрим новую отредактированную версию обложки «Букваря» тех же авторов, которая, с небольшими вариациями, просуществовала всю перестроечную эпоху 1985—1990-х.
Изменился список действующих лиц, и появились новые герои: к мальчику добавилась ученица-девочка, исчез Карандаш, а его место прочно занял Незнайка, вместо парты на переднем плане расположилась красная буква «А» во всю страницу.
По тому, как изменились характеры героев и их взаимоотношении. несомненно видно, что наступили более либеральные времена. Рассмотрим фигуру мальчика и отметим произошедшие в нем перемены:
• у него живое выражение лица — он смело смотрит на нас и не отводит взгляд;
• у него есть руки, которыми он уже способен активно действовать;
• он устойчиво стоит на своих ногах;
• проявления большей личной свободы в его внешнем облике подчеркнуты клетчатой рубашкой под школьной формой, растрепанной челкой и хохолком на макушке.
В целом мальчик заметно оживился и активизировался. Снята блокада с его рук и ног. Буратино, Незнайка и Мурзилка потеряли свои репрессивные и учительские функции. Они резко уменьшились в размерах и спустились вниз, где теперь им положено быть в соответствии с их возможностями и статусом.Мелкие положительные перемены, произошедшие в 80-х, не коснулись самого главного — школьной идеологии.Если мы опять зададим себе вопрос, кто главный герой новой обложки? — то вынуждены будем ответить, что это опять не люди, а пара огромных красных букв «А» — прописная и строчная. Они находятся на переднем плане, они занимают все пространство. Они перечеркнули наискось тела и руки обоих детей и полностью преградили им свободный доступ во внешний мир. Слово «Букварь» все так же прихлопывает головы детей сверху. Опять клетка.Продолжает торжествовать старый бесчеловечный принцип: человек второстепенен, важнее Буква - ограничивающая его система. Все так же доминирует тема насилия - изменилась форма ее проявления, но не суть. Буквы стоят как непреодолимая преграда, решетка, из-за которой дети просто проявляют больше признаков жизни, чем это было раньше. Это очень яркий пример того, насколько тщетны попытки косметически преобразить ситуацию, не осознавая и не меняя порочных принципов, заложенных в ее основание.


Tags: детские книжки, школа
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment